Сериал «Грейси!» описывает семейные обстоятельства, в рамках которых Мэделайн и Майкл Матесон на протяжении многих лет проводят попытки зачатия, и, вот так вот, безуспешно выполняют требования собственных надежд и ожиданий. Затем, итак, фиксируется результат, так как Мэделайн наконец добивается беременности и вынашивает плод семь с половиной месяцев, однако далее следует ужасный несчастный случай, где гибнут Майкл и нерожденный еще младенец. Так вот, после указанного события Мэделайн оформляет решение рожать, пусть и мертвый плод, и в течение двух недель получает свое мертвое дитя.

Далее, по сюжету, наступает ключевой разрыв протокола: ребенок оказывается не полностью мертв, и мать возвращает его к жизни, присваивая имя Грейс, что по переводу означает Изящество. Вот здесь, ну и по логике фильма, Мэделайн размещает дитя в домашней среде, однако биологические изменения начинают ухудшаться: выпадают волосы, съеживается кожа, и состояние фиксируется как критическое. Ввиду того, что Мэделайн не доверяет традиционной медицине, она вновь делает грудное кормление, но сама неожиданно падает в обморок, так что возникает необходимость иной процедуры. Итак, Мать формализует наблюдение: Грейс голодна, при этом она не способна пить молоко, следовательно, вскрывается требование к питанию в виде крови. Так вот, в этом контексте Мэделайн оказывается перед вопросом, который можно трактовать как морально-этическое испытание, и он формально сводится к способности убить человека ради прокорма. Далее, режиссерская конструкция подчеркивает, что выбор не является абстрактным, а реализуется в условиях угрозы жизни ребенка и давления последствий. Так вот, ну и в целом фильм выстраивает детальную драматическую процедуру, где каждая новая реакция организма Грейс создает новый рапорт для решения Мэделайн. В итоге, фильм «Грейси!» фактически оформляет конфликт между семейным долгом и прямым насилием как суровую проверку в рамках одной трагедии.